С думой о человеке (рецензия на вербатим Эндже Гиззатовой

Дусларым белән уртаклашам:
Click to view image

«Мне тяжело об этом говорить» 18+)

Кем кылган бу җинаятьне?

Уйлан, әй туган.

Г. Җайлыбай “Кара яулык”

Кто сотворил это преступление?

Думай, родной!

Г. Җайлыбай “Черный платок”

Эта пьеса впервые была представлена на суд зрителей в ноябре 2018 г. в рамках драматургической лаборатории PRO/log2018 (Центр современной драматургии и режиссуры «ЦЕНТР.ПЕРВЫЙ»). В 2019 г. Э. Гиззатова заявила это произведение на IIВсероссийский семинар драматургов им. Т. Миннуллина.

Отрадно, что молодой драматург взялся за художественное осмысление столь сложной темы: источники добра и зла в душе человека.В фокусе внимания писателя оказались частные истории обитателей лагеря А.Л.Ж.И.Р. и реакция на них молодежной аудитории. Вот почему Э. Гиззатова предпочла форму вербатима, а не исторической трагедии. Это техника создания драматического текста с помощью монтажа дословно записанной речи.

Драматург не скрывает, что за разработку этой темы взялась по рекомендации завлита ТГАТ им. Г.Камала Н. Игламова. Бросается в глаза тематическая перекличка вербатима с документальным спектаклем «Свидетели» (сост. текста Н. Игламов, реж. С.Серзин), созданным в технике иммерсивного театра. 

Вербатим Э. Гиззатовой соткан из документальных свидетельств узников А.Л.Ж.И.Р.а. Автора пьесы интересует, как реагируют ее ровесники на исторические факты, связанные с ГУЛАГом; готовы ли они к рефлексии на эту тему.

 А.Л.Ж.И.Р. – это  печально известный Акмолинский лагерь жен изменников Родины, созданный в 1938 г. на базе 26 поселка трудопоселений, как исправительно-трудовой лагерь Р-17.Всего за 16 лет существования, по данным Музейно-мемориального комплекса (2007), прошли этапом по этой земле свыше 20 тысяч женщин 62 национальностей, около 8 тысяч из которых отбыли срок от звонка до звонка. Среди них было 70 татарок из бывшего СССР, более половина из которых была из Татарской АССР. Таким образом, Э. Гиззатова взялась за осмысление темы, связанной с нашим регионом. Жаль, что эти факты не получили преломление в содержании вербатима (См. подр. Татарки //  https://museum-alzhir.kz/ru/2-uncategorised/87-tatarki).

Тема КАРЛАГА (Карагандинского лагеря) уже попадала в орбиту внимания татарских писателей. Первооткрывателем этой темы является Аяз Гилязов (1928-2002), посвятивший истории КАРЛАГа роман-воспоминание «Давайте помолимся!» (1991-1993), дорожные записки «Я искал свои следы» (1991). В 2015 г. татарский поэт Рафис Курбан (1957) перевел на татарский язык поэму казахского поэта Г.Жайлыбая “Кара яулык” (2014), посвященную осмыслению трагедии КАРЛАГа. В своей поэме Г.Жайлыбай (1958) подробно рассказывает о трагедии обитателей лагерей “АЛЖИР” (“Кыз елаган” (“Девочка плакала”)); истории возникновения Мамочкина кладбища (“Мамочкино” мазары”), где хоронили разлученных с матерями-заключенными детей, умиравших в деткомбинате; воспевает самоотверженность казахов, спасавших в меру сил от голодной смерти заключенных (“Таш һәм аш” (“Камань и еда”)). 

Отрадно, что к данной теме в 2018 г. теперь обратилась Э. Гиззатова (1997), преставитель молодого поколения современных татарских писателей. Пьеса “Мне тяжело об этом говорить” состоит из 4 действий, которые даются в обрамлении отрывков из вербатима. В роли участников интервью выступают молодые люди 20-25 лет. Э. Гиззатовой важно понять, какие чувства испытывают ее современники, когда слышат названия: А.Л.Ж.И.Р., Акмолинск, как они относятся к проблеме сохранения памяти об этих трагических страницах в истории нашей страны, готовы ли они обсуждать тему ГУЛАГ. Автору пьесы удалось найти конфликтное поле в репликах участников интервью, выявить два полюса: от забвения до отрицания. Интервьюер подстраивается под своих собеседников, сливается с их средой. Предметом внимания драматурга становится не только получаемая информация, но и манера ее подачи, эмоциональный фон, переживание, динамика разговора. Оставаясь в позиции внешнего, приходящего человека, Э. Гиззатова реализует стратегию включенного наблюдателя, погруженного в текущие, обыденные ситуации взаимодействия. В начало пьесы автор помещает реплики из интервью, которые должны вывести как участников, так и зрителей из состояния комфорта, спровоцировать на размышления на заданную тему о природе зла в человеке. Участники интервью, если и обладают некой информацией об А.Л.Ж.И.Р.е, то она отличается скудностью; минимальны и их представления об истинных причинах произошедшей в годы репрессий в нашей стране народной трагедии. 

Один из участников интервью признается, что ей неприятна эта тема: именно эта реплика драматургом вынесена в название спектакля. Причины такого отношения Э. Гиззатова видит в том, что этому участнику во время заграничной поездки довелось побывать на экскурсии в лагере Освенцим. Вольно или невольно этот участник интервью, в отличие от других, прикоснулся к миру узников, примерил на себя эти трагические обстоятельства и теперь стремится освободиться от этих неприятных воспоминаний.

В двух действиях «Арест» и «Допрос» Э. Гиззатова стремится приблизить зрителей к трагедии узников А.Л.Ж.И.Р: в репликах героев реконструируются причины и обстоятельства арестов, технология выбивания «нужных» показаний. Так проявляется новый полюс конфликта: граждане СССР разделяются на арестованныхипалачей. На этом этапе молодого драматурга постигла неудача, ей не удалось достоверно передать атмосферу, царящую на допросах, показать психологически достоверно, как тонок был водораздел между гражданиноми «врагом народа», неустойчивость их положения.  

Э. Гиззатова приглашает читателей к размышлениям о личной ответственности каждого, оказавшегося в кризисной ситуации. Через новые реплики участников автор выводит нас на осмысление новой подтемы: откуда корни жестокости и как с этим жить.

Во 2 и 3 действии в пьесе в рамках устоявшейся со времен А.И. Солженицына и В. Шаламова традиции речь идет о процессе расчеловечивания ввергнутых в водоворот репрессий и лагеря людей, независимо от того, кто они: узникиили надзиратели? Так выводит нас драматург на понимание того, что зло заразительно. К сожалению, в пространстве пьесы мало примеров «самостояния человека» в лагере, если они есть, то представлены в несколько смазанном виде. Подобная однобокость превращается в существенный недостаток произведения Э. Гиззатовой.

Трагедия семей «врагов народа» раскрывается не только через тюремные эпизоды, но и через детские письма. Это приводит к драматизации общей тональности пьесы.

Реплики в финале вырывают проблему жестокости в природе человека из рамок темы ГУЛАГ и выводят на онтологический уровень, побуждая к размышлениям о грани, пролегающей между людьмии нелюдями вообще.

Включение в структуру произведения Некролога на смерть И.Сталина, с одной стороны, позволяет автору обозначить хронологические границы существования лагеря А.Л.Ж.И.Р., с другой стороны, дарует возможность развить тему личной ответственности каждого в эти годы за происходящее в стране (см. финальную реплику вербатима).

Пьеса Э. Гиззатовой написана на злободневную тему. Ключ к художественному решению, как нам кажется, подобран верно, осталось додумать некоторые сцены (н-р, сцена допроса), детали. Надеемся, что автор продолжит творческий поиск в заявленном направлении и в будущем мы увидим этот вербатим на сцене. 

Милеуша Хабутдинова 

 

#энджегиззатова 

#миляушахабутдинова

#казанскийфедеральныйуниверситет

 #институтфилологииимежкультурныхкоммуникаций  

#PRO/log2018, 

#всероссийскийсеминардраматургов

Other article