***

Дусларым белән уртаклашам:
Click to view image

..Закрытие границ, таким образом, приведет нас к спасению европейской культуры, к сохранению  за золотым миллиардом, хотя, к тому времени уже, наверное, полу миллиардом главенствующей роли на планете. Некоторые политики в Европе всерьез говорят о возведении стен на границах, настоящих высоких стен, чтобы хоть как-то остановить поток нелегальных беженцев из арабских стран. Власти Венгрии в прошлом году начали постройку стены, но остановились, испугавшись экономических санкций со стороны Брюсселя. Примеров существующих стен не так уж много, самая известная – длиной 200 км, расположена на границе Пакистана и Ирана. Ее построило иранское правительство еще в начале нулевых в рамках борьбы с наркотрафиком из Средней Азии.  Существуют и другие, менее радикальные способы решения этой проблемы, например…

-Профессор, простите, что прерываю, но вы просили предупредить, когда до конца лекции останется десять минут.

-Одиннадцать двадцать? – Профессор бросил взгляд на часы, висевшие над доской, - Все верно, одиннадцать двадцать. Спасибо, Николай, – профессор закрыл толстую книгу и окинул взглядом аудиторию, - На этом лекция окончена, все свободны, про иные теории сдерживания прочитаете самостоятельно.

Одиннадцать тридцать две. Еще полквартала. Срежу угол на площади, потом сверну у каланчи и на Профсоюзной. В любом случае, придется огибать правительственный квартал. Надо было закончить лекцию в одиннадцать. Нет, в десять пятьдесят. Но тогда бы пришлось отчитываться перед ректором. Может, стоит взять такси? Пока закажу, пока они найдут мне подходящее авто…

Солнце еще не достигло зенита, но уже грело, насильно грело головы всем оставшимся в этот день в городе. Серые сталагмиты постепенно редели, становились ниже, замаячили небольшие скверы с множеством сидящих в них людей, неспешно открывающих свои ланч-боксы. Стало шумно – погнали, дождавшись зеленого, своры желтых кэбов, красные, уже полупустые к этому часу, автобусы, черные грузовики. Где-то дробили асфальт, из динамиков гремело «успей купить все по тридцать семь». Центр кипел.

Колоннада оперного, наконец, расступилась, и перед профессором открылась знакомая по календарям со стен кафедры панорама Государственного Совета. Посмотрев на свое отражение в стеклянных дверях и, размашисто поправив седую челку, он слегка помедлил, пытаясь понять в какую сторону толкать дверь.

-Ваш пропуск, - шуршание раздалось справа, где висел небольшой динамик с кнопкой вызова.

-Код Б4, заседание пра….

-Входите, вас проводят, - через секунду стеклянная ширма бесшумно разделилась пополам, приглашая ступить внутрь, в надежную прохладу каменного дворца.

Одиннадцать сорок семь. Еще десять этажей, два коридора и мы на месте.

-Никакой электроники? – не дожидаясь ответа, сопровождающий отложил рацию в боковой карман и начал вручную осматривать руки и ноги профессора на предмет жучков.

-Да, я здесь не в первый раз, я уже был здесь на про…

-Все чисто, - из рации на груди сопровождающего раздался приглушенный сигнал, - Часы снять не забудьте.  Перед входом в зал заседаний слева будет специальный шкаф. Оставьте там. Надеюсь, вам не следует говорить, что из зала заседаний запрещается что-либо выносить, все записи должны быть сделаны исключительно на бумаге, предоставленной правительством, говорите только, когда попросят, профессор.

Он занял место между министром финансов и министром образования, двумя абсолютно неотличимыми друг от друга сухонькими стариками, предварительно пожав им обоим сухие ладони и представившись. Перед ним сидел министр юстиций, самый молодой из всех присутствующих, и близоруко изучал порядок выступлений, напечатанный на небольшом листе голубоватой правительственной бумаги, очевидно, мелким шрифтом.

-Бумага из твердых сортов пшеницы, - проследив за взглядом профессора, заговорил старик, сидевший справа от министра юстиций, - последнее достижение правительственной программы по поддержке инноваций - прочитал и можно съесть. - Министр сельского хозяйства, пронеслось в голове, и профессор почтенно отвесил поклон, изображая приветствие.

-Министр сельского хозяйства, вы опять за старое: не последнее, а очередное достижение правительственной программы, ну или новейшее, в конце концов, - вмешалась тощая брюнетка в фиолетовом пиджаке - министр культуры. Она говорила слишком высоким голосом, который, однако, звучал необычайно властно и действовал на нервы министру образования. По крайней мере, он был единственным, кто в этом публично признался.

-Давайте начнем, - президент начал говорить, едва переступив порог. Он был не в лучшем расположении духа, о чем успел сигнализировать – отрицательно мотнув головой - шедший сразу за ним пресс-секретарь.

-Сегодняшнее наше заседание, как вы уже все, наверное, поняли, является внеплановым. Вся информация, которая сегодня прозвучит в этих стенах, составляет государственную тайну Республики. Подчеркиваю, тайну. Поэтому попрошу вас, коллеги, - президент одарил взглядом всех сидящих за столом - перейти на талитаритянский язык и пользоваться исключительно талитаритянским при чтении своих докладов.

Несколько министров тут же прокашлялись, остальные горячо закивали в знак согласия с президентом.

-Эувеннен Шклоэ, тасмайине (Многоуважаемые коллеги, начнем) – голос президента теперь звучал громче и убедительнее, профессор улыбнулся: к нему, как к коллеге, впервые обращался сам президент. Послышался скрежет стула, царапающего паркет, встал министр обороны и бодро зашагал по направлению к интерактивной карте, висящей в другом конце зала.

-Господин президент, господа министры, спешу вас обрадовать: подходящий остров найден, -  присутствующие разом оживились, на лицах засияли самые разные чувства – и удивление, и тревога, и искренняя радость. Единственная пара глаз, остававшихся безучастными, принадлежала президенту – он уже все знал.

-Остров H13 S1 10 расположен на 19 параллели северной широты, 154 меридиане западной долготы, примерно в 470 километрах от побережья Алеутских островов. Территориально находится в нейтральных водах, но права на данный остров принадлежат, - министр переглянулся с президентом, - принадлежали гражданину США. На острове присутствуют все необходимые условия для дальнейшего заселения: наличие источников пресной воды, запасы полезных ископаемых с прогнозируемым сроком эксплуатации свыше 150 лет, близкий к умеренному климат, отсутствие местного населения…

-Но позвольте, позвольте, как же было установлено это самое «отсутствие местного населения»? – размахивая костлявым указательным пальцем, как скипетром, министр культуры снова пыталась вмешаться в ход заседания.

Министр обороны вопросительно посмотрел на президента, который кивнул в знак одобрения,  и продолжил:

-По данным за февраль текущего года, на острове проживало чуть более 50 человек, все они являлись уроженцами острова, но так как права на остров принадлежали гражданину США, жители острова с рождения так же получали гражданство этой страны. На данный момент, согласно условиям договора, который мы заключили с землевладельцем, все жители вывезены с острова, все их движимое и недвижимое имущество уничтожено, - министр налил себе стакан «Витель», тихонечко сделал глоток, поморщился и заговорил чуть быстрее, чем прежде:

-Что касается флоры и фауны острова, мы старались подобрать такой участок земли, который бы удовлетворял поставленным правительством требованиям, а именно: средняя температура летом, в середине июля – не более 35 градусов по Цельсию, средняя температура зимой, в середине января – не ниже 20 градусов по Цельсию. Пригодные для земледелия почвы, в основном вулканического происхождения, но также есть черноземы. Влияние местных жителей на флору и фауну острова в целом оценено нашими экспертами – министр кивнул куда-то за окно, туда, где  предположительно располагалось министерство экологии, - как минимальное, загрязнение не превышает 0,3 %.

-Спасибо, министр обороны. Я думаю, этого пока будет достаточно, - перебил докладчика президент, - Сейчас нам нужно заняться более важными, я хотел сказать, более критичными вещами, - он снова пытливо обвел взглядом всех присутствующих, - Профессор Хамидов, прошу, расскажите мне и коллегам о решениях комиссии.

-Господин президент, многоуважаемые товарищи министры, - профессор достал платок, собираясь по привычке протереть пот со лба, но внезапно пришедшая в голову мысль не дала ему этого сделать, - комиссией по прогнозированию будущего дана следующая оценка проекту: да, натурализация возможна, по данному острову ответ положительный. Комиссией уже составлен следующий план по заселению, - профессор включил интерактивную карту, на которой тут же замигал красным небольшой участок морской поверхности где-то между Камчаткой и Калифорнией.

-Первый этап натурализации, связанный с законодательным утверждением прав на остров, завершился и завершился успешно. Второй этап подразумевает начало идеологического освоения острова – мы должны решить, в каком ключе мы будем строить нашу новую, не побоюсь этого слова, Родину. Комиссия выдвигает три возможных варианта. С вашего позволения, - профессор переключил слайд, вместо карты появились постепенно оживающие картинки: зеленый кусочек суши, над которым вздымаются ярко сверкающие на солнце стеклянные дома,  гигантские треугольники ветряных мельниц, то тут, то там проносятся стальными косяками дирижабли, у самой кромки воды видны зеленые кукурузные, хлопковые поля, пляжи с белоснежным песком, группы хорошо загоревших людей, играющие в волейбол, деревянные пристани, с которых рыбачат многочисленные дети.

-Концепция «Исправленная нация». В рамках данной концепции на остров, после постройки необходимой на начальном этапе инфраструктуры, будет завезен генетический материал первых жителей. При реализации данного этапа мы вынуждены использовать услуги пособников – суррогатных матерей, которые, однако, после рождения здорового потомства, будут немедленно вывезены с Острова. Если я правильно трактую планы нашего правительства, мы планируем строить исправленную, улучшенную нацию, нацию с самыми высокими интеллектуальными и физическими показателями, нацию победителей.  Нацию, которая будет достойно представлять Республику на Олимпийских играх, на научной арене, нацию, которая будет достойна роли мирового гегемона.

 Для этих целей экспертами нашего института в сотрудничестве с органами госбезопасности, - практически незаметный реверанс в сторону министра обороны, - была разработана база фенотипов всех жителей Республики. Теперь мы, например, знаем какой у вашего соседа, товарищ министр культуры, замечательный, я бы даже сказал выдающийся нос, сколько у него там, в носу, простите за нарушение протокола, функционирующих волосяных фолликул. Мы знаем все о его репродуктивных возможностях, знаем способности его иммунной системы, и, следовательно, мы можем спрогнозировать, каким будет его потомство, достойно ли будет жить такое потомство на новом острове. Наша цель – отобрать с помощью специальной компьютерной программы самых выносливых, самых физически развитых, самых умных, талантливых жителей нашей Республики. Вернее, собрать их семя. Отбор образцов происходит пока на добровольной основе…

-В фенотипическую базу вошли абсолютно все жители? – спросил, как-то едко ухмыльнувшись, министр юстиций.

-За исключением тех из них, чей возраст превысил рамки репродуктивного цикла – т.е. 55 лет для мужчин и 45 лет для женщин. Вот почему большинства из нас с вами нет в списке доноров.

-Даже на детей дела завели? – министр юстиций откинулся в кресле и шумно выдохнул.

-Господин министр, - президент заговорил резким, железным басом, - Вить, вот только не надо сейчас удивляться и делать вид, будто ты в первый раз это все слышишь.   

-Саш, а я и не удивляюсь. Вернее, я не тому удивляюсь, что на детей дела завели. Я вам удивляюсь. Нам удивляюсь. Мы ведь сейчас, по сути, в дела не совсем нашей компетенции, в божьи, если хотите, дела вмешиваемся. Вы только вдумайтесь – целый новый народ вручную создать. Целый новый народ! А что мы скажем тем, материковым?  Что мы миру скажем? - он буравил пальцем мир, остававшийся за окном, - скажем: недостаточно красив, чтобы на острове жить, да? Недостаточно умен? И где, где гарантии, что от этих самых красавчиков и умниц родятся такие же? Где гарантии? - министр перешел на шепот – вот родится такой некрасивый или умом обделенный – что мы его, обратно депортировать будем? А кому он там нужен? Или ,может, сжигать их сразу, а?

Емкость зала заседаний наполнилась тишиной. Почти мгновенно все глаза устремились на того, кто сидел во главе стола, скрестив пальцы под подбородком.  

-Да, Вить, депортировать. Если надо, сжигать, - президент косо посмотрел на министра юстиций, от чего тот поежился и еще сильнее погрузился в себя.

-Ребята, какие сжигать, какие депортации! Никто никого сжигать не будет, что мы, нелюди что ли, - министр спорта попытался (не совсем успешно) внести разрядку в атмосферу. 
Профессор продолжал стоять молча и смотреть то в пол, то в окно, пытаясь заставить себя не сказать сейчас лишнего, не вставить свои пять копеек – «говорить, только когда попросят», как инструктировал его сопровождающий охранник.

 -Понимаешь, Вить, мы нацию новую хотим строить, красивую нацию, - министр спорта решил продолжить свою политику примерения, - чтобы наша литература, наша духовность развивалась там, на свободе, защищенная морями и горами, а не чахла здесь, посреди чужой страны под натиском пришлых культур, интернетов и прочего. Чтобы наши  - были чемпионами, и на всех пьедесталах – наши, наши, наши…  

-А родители? Родители у островных детей будут?  - министр юстиций спрашивал уже тихо, смиряясь понемногу со своим поражением.

-У первого поколения рожденных на Острове детей естественно не будет родителей, - наконец профессор говорил, а не стоял без дела, поправляя очки, - Будут специально обученные воспитатели, няньки, которых мы наберем так же на основе конкурса. Причем, воспитывать будущее поколение талитаритян будут как мужчины, так и женщины, чтобы привить деткам правильные ценности. Им позднее объяснят, что они – избранные, перво-проходцы, перво-открыватели. Второе и последующие поколения будут рождаться естественным путем, уже с мамами, папами и прочими атрибутами нормальности…

-А как же ненормальности? Вот не захочет девочка рожать? Что делать будете? Силком ее, что ли, под самца класть?

-Вить, ну ты чего, каким силком какие еще самцы, - обвинительно заверещала министр культуры.

-Ваш интерес понятен, вы все-таки министр юстиций, вы мыслите с точки зрения материковой морали. Но поймите нас правильно – мы будем воспитывать совершенно другую нацию. У детей даже в мыслях не будет желания быть ненормальными. Им будет еще до рождения внушен тот простой факт, что смысл их жизни – жизни первого поколения – размножаться, строить, созидать, делать все на благо Острова. Эти же истины они затем передадут своим детям, второму поколению…

-А как же творить? Мы же замахнулись на роль мировой кузницы талантов. Ну-ка, попробуйте-ка этих безропотных животных научить творить! Картины, стихи писать!

-И на этот вопрос у меня есть ответ, товарищ министр, - профессор чуть не подпрыгнул от радости: наконец, его спросили о самом главном, - в рамках данного проекта мы изучили образцы семени уже более 300 жителей Республики, которых общественное мнение в нашей стране и за рубежом так или иначе признало выдающимися личностями. И мы выявили, что у всех этих выдающихся личностей в ДНК содержится особый, ранее неизвестный науке ген, который мы назвали геном восхищения. Согласитесь, ведь именно восхищение есть основа любого творения. Что как не восхищение может сподвигнуть художника написать картину? Именно восхищение вкупе со способностью сравнивать и анализировать заставляет человека думать, почему все устроено так, а не иначе. Восхищение движет наукой. Что появилось раньше Бог или физика?  - профессор уже энергично ходил по паркету, забыв на миг, что он находится не в аудитории перед студентами-заочниками, а на заседании правительства.

-Бог! А физика есть следствие, есть изучение законов, заложенных Богом, восхищение Боговой вселенной! Мы синтезировали данный ген восхищения в лабораторных условиях и можем вживлять его любому, представьте себе, любому! В каком угодно количестве! Эксперименты с четырьмя младенцами из 4 разных городов Республики показали 100 % эффективность нашего исследования: двое мальчиков в этом году заканчивают с отличием музыкальную школу, один из них уже написал три сюиты, выигравшие на международном конкурсе сочинений, другой разработал авторскую методику преподавания вокального стиля бельканто и пишет научную работу, две девочки, одна из которых уже имеет первый разряд по шахматам и является действующей чемпионкой Республики, другая, ей всего 8 лет, усиленно занимается молекулярной биологией, через год хочет поступать к нам…

Министр юстиций бесшумно собрал бумаги со стола в портфель, поднялся со скрипом со стула и, вежливо отвесив поклоны по четырем сторонам (и в сторону профессора тоже), быстрым шагом направился к выходу.

-Мне его остановить? – вполголоса спросил министр обороны. Президент отвлекся от блокнота, посмотрел на пустующее кресло министра юстиций и отрицательно помотал головой.

-Это просто наследственность, поймите, у него в роду все юристы. Ну не может он против моральных принципов пойти…  - вступился за министра юстиций сухонький старик – министр образования.

-Профессор, пожалуйста, продолжайте, - министр культуры начала живо обмахиваться импровизированным веером из листов госбумаги, отчего кресло под ней затряслось и начало скрипеть особенно пронзительно. Президент отвлекся, чтобы взглянуть на циферблат наручных часов – без пятнадцати три…

Пальмы шатаются, как руки у страдающих синдромом Паркинсона, то и дело грозясь вырваться с корнем и улететь в море. Вертолет садится аккурат на середину расчерченной белыми красками асфальтовой площадки. Еще миг, и, не дожидаясь полной стыковки, из пассажирской кабины высыпают молодые люди в солнцезащитных очках, прижимающие к комбинезонам черные змейки автоматов. Военные окружают вертолет, откуда-то появляются загорелые люди в белых халатах, на бейдже у одного из них читаем надпись на старо-талитаритянском: Достопочтенный сотрудник высшей школы генных модификаций. Среди прочих можно разглядеть и знакомое лицо профессора, тоже заметно посмуглевшее под воздействием местного солнца.

Профессор - единственный старик в когорте встречающих, остальным не дашь более двадцати –двадцати трех. И юноши, и девушки все намного выше профессора, у большинства русые или каштановые волосы и светлые глаза. За людьми в белом пристроилась большая группа  с камерами, штативами, угрожающе огромным объективами, софитами и микрофонами – местные СМИ.

«Вот, наконец, из кабины появляется долгожданный гость, глава материковой части Талитарии, один из отцов-основателей нашего Острова, прибывший на празднование четверть векового юбилея своего детища. Напомним, именно под его руководством ровно двадцать пять лет назад была запущена программа по освобождению талитаритянского народа из плена их тогдашнего географического положения, были заложены основы программ по возрождению талитаритянского языка и культуры, был запущен проект «Исправленная нация» и…»

Президент и профессор торопливо жмут друг другу руки, стараясь как можно шире улыбаться на камеру. Люди в белых халатах так же спешат подойти и пожать руку отцу-основателю Острова, благоговейно издавая слова благодарности. Вот девушка с копной рыжих волос и удивительно правильными чертами лица тянет руку для приветствия, но белизна и ухоженность ее рук выбивает президента из колеи, он, как загипнотизированный, продолжает смотреть ей на руки и медлит с ответным рукопожатием. Девушка застенчиво улыбается и отходит в сторону, озадаченная не меньше президента. Девушку сменяет очаровательно улыбающийся блондин, протягивающий президенту для рукопожатия перебинтованную ладонь.

-Что это, сынок? Никак не хватает, а? – президент, подмигивая, хлопает блондина по плечу, тот продолжает улыбаться, но, судя по всему, не совсем понимая шутки.

-Я имел честь пострадать при выполнении задания, - отчеканивает юноша глубоким баритоном. Стиль его языка сильно отличается от того, к какому привык президент за годы жизни на материке – это древний литературный талитаритянский язык, ныне утраченный на континенте.

-Один из моих лучших учеников, Александр Разумов, изобретатель того самого средства, товарищ глава материковой части, которое позволило нам изменять цвет радужки человеческого глаза без каких-либо хирургических вмешательств и побочных эффектов.

-Весьма, весьма рад с вами познакомиться, товарищ Разумов, только вот что случилось с вашей рукой? – все так же улыбаясь, не унимается президент.

-Пустяки, он поранился в ходе выполнения особого задания. А вот это Светлана Хорошеева… - профессор спешно попытался увести президента от юноши, но, тот, заметив неподдельный интерес к своей ране, снова наклонился вперед и практически у самого уха президента прошептал:

-Я обжегся, когда сжигал свою дочь.

Дусларым белән уртаклашам: